369
Мой Профиль
Моя Игротека
Моя Фотоландия
Имя:
Пол:мужской
Дата рождения:  
Место жительства: И где бы вы думали?
   
<< июн >>     << 2020 >>
ВсПнВтСрЧтПтСб
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930    
Все записи



Тем Гринхилл
369

 Комментариев : 8, Просмотров : 2440
Профиль Комментарии 

***
369

Мария

                               Игорь Жук

А Она все ходила по улицам Ершалаима,
А Она все искала, в какой бы бесчувственный камень
Перелить половину Её беспредельного горя -
Только не было камня, способного вынести это.

Ах, из ран Его кровь заливала, казалось, полнеба,
И из уст Его желчь затопила, казалось, полмира,
И из глаз Его боль обращала веселье в безумье...
О, Мария, Мария, как жить в этом мире, Мария?!.

Он и грех искупал - но теперь этот грех приумножен,
Он и ложь попирал - но плодились, как тля, фарисеи.
Легионы рабов извлекали железо из ножен,
Чтобы рабство свое возвеличить и сделать прочнее.

А Мария ходила по улицам Иршалаима,
Как слепая, ходила, и трогала стены руками,
И теплей были камни, чем люди, идущие мимо,
И добрее, чем люди, казались ей мертвые камни.

Вон - Иуду несут мимо храма с веревкой на шее,
И опять шелестит это странное слово "мессия"...
Что с того, что пророки в тебе не живут, Иудея! -
Это ж Сын, это сын, это мальчик мой!.. - шепчет Мария.

Будет час Его славы и жатвы; Он тронет серпом лишь, -
И падет виноград, и семь ангелов выйдут из дыма...
Но и в царстве Твоем, о, Мария, ты помнишь, ты вспомнишь, -
И слеза Твоя капнет на улицы Ершалаима...





А Она все ходила по улицам Ершалаима,
А Она все искала, в какой бы бесчувственный камень



Перелить половину Её беспредельного горя -
Только не было камня, способного вынести это.



Ах, из ран Его кровь заливала, казалось, полнеба,
И из уст Его желчь затопила, казалось, полмира,



И из глаз Его боль обращала веселье в безумье...
О, Мария, Мария, как жить в этом мире, Мария?!.



Он и грех искупал - но теперь этот грех приумножен,



Он и ложь попирал - но плодились, как тля, фарисеи.



Легионы рабов извлекали железо из ножен,



Чтобы рабство свое возвеличить и сделать прочнее.



А Мария ходила по улицам Иршалаима,



Как слепая, ходила, и трогала стены руками,
И теплей были камни, чем люди, идущие мимо,



И добрее, чем люди, казались ей мертвые камни.

Вон - Иуду несут мимо храма с веревкой на шее,



И опять шелестит это странное слово "мессия"...



Что с того, что пророки в тебе не живут, Иудея! -



Это ж Сын, это сын, это мальчик мой!.. - шепчет Мария.




Будет час Его славы и жатвы;



Он тронет серпом лишь, -



И падет виноград,







и семь ангелов выйдут из дыма...










Но и в царстве Твоем,



о, Мария, ты помнишь,



ты вспомнишь, -



И слеза Твоя капнет на улицы Ершалаима...

 Комментариев : 1, Просмотров : 2117
Профиль Комментарии 

Быль о бабе и кобыле
369

Быль о бабе и кобыле

Михаил Фельдман



Ой! Давненько это было. Вспомню только под гипнозом:
По степи брела кобыла и тащила бабу с возом,
Воз проехал по ухабу, – с воза вытряхнуло бабу.

Без неё – другое дело: нету тяжести и гнёта,
И кобылой овладело ощущение полёта,
Быть не клячей, а Пегасом – это очень возбуждает,
Принадлежность к высшим расам воз иллюзий порождает.

Если радостно кому-то, значит, – муторно другому,
Навернулась баба круто и, вдобавок, впала в кому.
Приходили полисмены, составляли протоколы,
Натирали бабе вены и кололи ей уколы.

Приводили следопыта, проводили экспертизу,
Замеряли все копыта той кобыле сверху-снизу,
И патологоанатом прибыл в поисках наживы,
И ушёл, ругаясь матом, так как все остались живы.

Заключение гласило, что упала баба с возу.
Только где в народе сила доверять официозу?
Поползли по миру слухи, выдвигали много версий –
От обычной бытовухи до возможности диверсий.

Мол, у бабы были боли, мол, узду держала слабо,
Потеряла силу воли и вела себя как баба,
Но скопытилась кобыла, – бабе сразу полегчало,
А пословица забыла, где конец, а где начало.

Говорили, что у бабы были приступы падучей,
А иначе, мол, могла бы обойти несчастный случай.
Говорили, будто в кляче тлела дьявольская сила,
И на третьей передаче ей кардан перекосило!

А потом явился лысый и вещал широким массам,
Называя бабу крысой, а коня – рабочим классом, –
Эти пагубные страсти нам до перхоти знакомы:
Лошадям декрет о власти, миру – мир, а бабе – кому!!!

Это было, это было, – запряжённая кобыла,
За кобылой – баба с возом и ухаб апофеозом.
Этой присказки обломки соберут за нас потомки:
Нам сегодня не до клячи, а историкам – тем паче!





Быль о бабе и кобыле



Ой! Давненько это было. Вспомню только под гипнозом:
По степи брела кобыла и тащила бабу с возом,
Воз проехал по ухабу, – с воза вытряхнуло бабу.

Без неё – другое дело: нету тяжести и гнёта,
И кобылой овладело ощущение полёта,
Быть не клячей, а Пегасом – это очень возбуждает,
Принадлежность к высшим расам воз иллюзий порождает.

Если радостно кому-то, значит, – муторно другому,
Навернулась баба круто и, вдобавок, впала в кому.
Приходили полисмены, составляли протоколы ,
Натирали бабе вены и кололи ей уколы.

Приводили следопыта, проводили экспертизу,
Замеряли все копыта той кобыле сверху-снизу,
И патологоанатом прибыл в поисках наживы,
И ушёл, ругаясь матом, так как все остались живы.

Заключение гласило , что упала баба с возу.
Только где в народе сила доверять официозу?
Поползли по миру слухи , выдвигали много версий
От обычной бытовухи до возможности диверсий .

Мол, у бабы были боли, мол, узду держала слабо,
Потеряла силу воли и вела себя как баба,
Но скопытилась кобыла, – бабе сразу полегчало,
А пословица забыла, где конец, а где начало.

Говорили, что у бабы были приступы падучей,
А иначе, мол, могла бы обойти несчастный случай.
Говорили, будто в кляче тлела дьявольская сила,
И на третьей передаче ей кардан перекосило!

А потом явился лысый и вещал широким массам,
Называя бабу крысой, а коня – рабочим классом,
Эти пагубные страсти нам до перхоти знакомы:
Лошадям декрет о власти, миру – мир, а бабе – кому!!!

Это было, это было, – запряжённая кобыла,
За кобылой – баба с возом и ухаб апофеозом.
Этой присказки обломки соберут за нас потомки:
Нам сегодня не до клячи, а историкам – тем паче!
 Комментариев : 2, Просмотров : 1871
Профиль Комментарии 

Из Цурэна
369

Из Цурэна

Игорь Жук


по мотивам повести
А. и Б. Стругацких
"Трудно быть богом"

"Тень есть геометрическое место точек,
откуда никогда не виден источник света"
Определение

"Как лист увядший падает на душу..."
Цурэн




Как лист увядший, падает на душу
Холодный груз прозрений запоздалых.
Я так нетерпеливо ожидал их –
Так что ж сегодня перед ними трушу?!. –

Не оттого ль, что в их значенье строгом,
Которое весь мир переиначит,
Я ощутил, как мало быть здесь богом,
А человеком быть – как много значит!

Но – Бог мой, отвернись, утри слезины;
Не плачь о нас, ведь мы ещё не люди,
Мы – только тени тех Твоих орудий,
Которые Ты вылепил из глины.

Мы тени, только тени – и не боле,
Банальная метафора поэта...
Сгустилась тьма до одури, до боли –
Но тень есть признак появленья света!

И я лежу немою тенью слога,
Свыкаясь с тем, что свет мне не увидеть,
Касаясь головой ладони Бога,
Обученного нами ненавидеть.

И я шепчу: оставь нас – злобных, малых, –
Прости: я лживых храм надежд разрушу!.. –
И грустный груз прозрений запоздалых,
Как лист увядший, падает на душу...

 Комментариев : 1, Просмотров : 1803
Профиль Комментарии 

На пирсе
369

На пирсе

Михаил Фельдман





    Мы стояли на пирсе вблизи от далеких планет,
    Мы сверяли закат по часам, а мечты по глазам,
    И рубцы от вчерашних обид заживали на-нет,
    Потому что морская волна заменяла бальзам.

    Этот пирс уходил в океан на года и века,
    И никто не узнает – насколько длина велика,
    Мы не знали – кто зодчий, и кто это все сотворил,
    Но чем дальше по пирсу, - тем меньше опор и перил.






    Я очень прошу – не молчи, говори,
    Скажи мне о главном, а лучше спой,
    И стань мне опорой в моем пари,
    Что я заключил самим с собой, -
    Самим с собой и судьбой.

    Мы держались за карму, сердцами ее обхватив,
    Упиваясь свободой и мелочный страх поборов,
    И из мутных глубин вырывался какой-то мотив,
    Обреченный растаять в эфире прозрачных миров.






    Я лелеял надежду, что этот нехитрый напев
    Полетит и коснется созведия Дев, -
    Но не только у моря бывает прилив и отлив,
    И не только судам суждено разбиваться о риф.

    Я очень прошу – не молчи, говори,
    Скажи мне о главном, а лучше спой,
    И стань мне опорой в моем пари,
    Что я заключил самим с собой, -
    Самим с собой и судьбой.

(Звук )
 Комментариев : 1, Просмотров : 1810
Профиль Комментарии 

Два телефона
369

Два телефона

Михаил Волков

Серый дом на горе. Окна слепо таращатся.
Липким запахом тянет из черных глазниц.
С потемневших портретов глядят чьи-то пращуры,
и на лестнице шорох крысиной возни.
В тесной комнате мебель с нелепыми формами,
и в углу притаился, невзрачный собой,
низкий столик железный с двумя телефонами:
желтым, как ненависть, и белым, как боль.

Если ненависть душу заполнит тяжелая
и застынет от верха до самого дна,
приходи в этот дом и, подняв трубку желтую,
называй, называй, называй имена.
А в ответ тишина, словно рыба безглазая,
зашевелится в трубке и в стенах сырых,
и, все те, имена чьи тобой были названы,
незаметно исчезнут, как не было их.

И настанет покой на землe. И настанет покой.
Не зажгутся вечерние окна там, где нет ни души.
И пиджак у тебя на плечах вдруг изменит покрой,
будто кителем был он когда-то, да вспомнить решил.
И погаснет свет над землей. И закончится свет.
И во тьме расплодятся собаки звериных пород.
И утешить надо бы вдов, да и вдов-то нет.
И сирот приласкать хорошо-бы, да уж нет и сирот.

Ах, как больно порой. И как близко отчаянье.
И как тянет войти, к белой трубке припасть.
Но молчит телефон, словно гений молчания,
а на дальнем конце ни врагов, ни лекарств.
Мы покрасим все стены и рамы оконные,
всех повыгоним крыс, чисто вымоем пол.
Только что же нам делать с двумя телефонами -
желтым, как ненависть, и белым, как боль.

Их в окно бы, в окно, в тишину потаенную, -
милосердной рукой оборвать провода.
Но коснутся друг друга концы оголенные,
и случится беда, и свершится беда.
Полетит тот сигнал в коммутатор таинственный
и вернется назад, как нелепый приказ.
И мы все, и друзья, и родные, и близкие
незаметно исчезнем, как не было нас.

1986





Серый дом на горе. Окна слепо таращатся.



Липким запахом тянет из черных глазниц.



С потемневших портретов глядят чьи-то пращуры,



и на лестнице шорох крысиной возни.



В тесной комнате мебель с нелепыми формами,
и в углу притаился, невзрачный собой,



низкий столик железный с двумя телефонами:
желтым, как ненависть, и белым, как боль.




Если ненависть душу заполнит тяжелая



и застынет от верха до самого дна,
приходи в этот дом и, подняв трубку желтую,



называй, называй, называй имена.
А в ответ тишина, словно рыба безглазая,
зашевелится в трубке и в стенах сырых,



и, все те, имена чьи тобой были названы,
незаметно исчезнут, как не было их.

И настанет покой на землe. И настанет покой.
Не зажгутся вечерние окна там, где нет ни души.



И пиджак у тебя на плечах вдруг изменит покрой,
будто кителем был он когда-то, да вспомнить решил.
И погаснет свет над землей. И закончится свет.
И во тьме расплодятся собаки звериных пород.
И утешить надо бы вдов, да и вдов-то нет.
И сирот приласкать хорошо-бы, да уж нет и сирот.



Ах, как больно порой. И как близко отчаянье.
И как тянет войти, к белой трубке припасть.



Но молчит телефон, словно гений молчания,
а на дальнем конце ни врагов, ни лекарств.
Мы покрасим все стены и рамы оконные,
всех повыгоним крыс, чисто вымоем пол.
Только что же нам делать с двумя телефонами -
желтым, как ненависть, и белым, как боль.



Их в окно бы, в окно, в тишину потаенную, -
милосердной рукой оборвать провода.



Но коснутся друг друга концы оголенные,
и случится беда, и свершится беда.



Полетит тот сигнал в коммутатор таинственный



и вернется назад, как нелепый приказ.
И мы все, и друзья, и родные, и близкие



незаметно исчезнем, как не было нас.


(Звук здесь)
 Комментариев : 6, Просмотров : 2053
Профиль Комментарии 

***
369

Три сестры



                  Булат Окуджава



Опустите, пожалуйста, синие шторы.
Медсестра, всяких снадобий мне не готовь.
Вот стоят у постели моей кредиторы:
молчаливые Вера, Надежда, Любовь.



Раскошелиться б сыну недолгого века,
да пусты кошельки упадают с руки...
Не грусти, не печалуйся, о моя Вера, -
остаются еще у тебя должники!



И еще я скажу и бессильно и нежно,
две руки виновато губами ловя:
- Не грусти, не печалуйся, матерь Надежда,
есть еще на земле у тебя сыновья!



Протяну я Любови ладони пустые,
покаянный услышу я голос ее:
- Не грусти, не печалуйся, память не стынет,
я себя раздарила во имя твое.



Но какие бы руки тебя ни ласкали,
как бы пламень тебя ни сжигал неземной,
в троекратном размере болтливость людская
за тебя расплатилась... Ты чист предо мной!



Чистый-чистый лежу я в наплывах рассветных,
белым флагом струится на пол простыня...
Три сестры, три жены, три судьи милосердных
открывают последний кредит для меня.







Когда над тобою смыкается тьма...

                            Анатолий Лемыш

Когда над тобою смыкается тьма,
И словно в запое, и сходишь с ума,
И рушится все, чему отдал ты лучшие годы,
Когда не осталось ни мыслей, ни сил,
И тело бунтует: видать, износил,
И нет ни покоя тебе, ни любви, ни свободы;

Когда тебя пробуют брать на испуг,
В развалинах дом, и единственный друг
Повздорит с тобой и от злых языков очумеет,
И нет ни гроша, и до пропасти шаг, -
Ты верь, что найдется немыслимый шанс,
Удача вернется к тебе, и спасет, и согреет.

И, чуя смертельную слабость твою,
С усмешкой враги отходную поют,
И мелкая дрянь на тебя свой колпак примеряет.
А ты огрызнись, улыбнись, уходя,
Не дай им в ладони забить ни гвоздя,
Взгляни над собой, там такие вершины сияют!

И если капканом захвачена кисть, -
Сумей, словно волк, свою кость перегрызть,
Зализывай раны, один, без скулежа и воя.
Пусть, кажется, все: отвернулась судьба,
Но совесть твоя - твой единый судья,
Вставай и иди, чтобы не разминуться с судьбою!

**********************************************

Когда над тобою смыкается тьма,



И словно в запое, и сходишь с ума,



И рушится все, чему отдал ты лучшие годы,



Когда не осталось ни мыслей, ни сил,



И тело бунтует: видать, износил,
И нет ни покоя тебе, ни любви, ни свободы;



Когда тебя пробуют брать на испуг,
В развалинах дом, и единственный друг
Повздорит с тобой и от злых языков очумеет,
И нет ни гроша, и до пропасти шаг, -



Ты верь, что найдется немыслимый шанс,
Удача вернется к тебе, и спасет, и согреет.



И, чуя смертельную слабость твою,
С усмешкой враги отходную поют,
И мелкая дрянь на тебя свой колпак примеряет.
А ты огрызнись, улыбнись, уходя,
Не дай им в ладони забить ни гвоздя,
Взгляни над собой, там такие вершины сияют!





И если капканом захвачена кисть, -
Сумей, словно волк, свою кость перегрызть,



Зализывай раны, один, без скулежа и воя.
Пусть, кажется, все: отвернулась судьба,
Но совесть твоя - твой единый судья,



Вставай и иди, чтобы не разминуться с судьбою!







Русская рулетка.

                  Сергей Кучма

Ну что, мон шер, штабс-капитан,
Припомним старую игру -
Вот два патрона и наган,
И заряжай, мой давний друг
Верти скорее барабан
Ищи скорее свой ответ.
Твой проигрыш смертельно мал,
А выше жизни ставки нет.

       Русская рулетка - старая игра...
       Кто играет редко, а кто-то до утра.
       Русская рулетка - нажимай, не трусь!
       Легкая гашетка, пропитая Русь.

Обычай варварский силен, и знает лондонский пацан
Про ту игру, кабы знал он, что я в нее играю сам.
Здесь выбирает сам игрок - то ли патрон и барабан,
То ли гитару и перо, и микрофон, когда он бард.

       Русская рулетка - дикая игра.
       Кто рискует редко, а кто-то до утра...
       Русская рулетка - нажимай курок,
       Может только метка, в паспорте отметка, или только срок.

И промахнуться мудрено, среди вспотевшей суеты
Как запотевшее вино, поэты русские чисты.
Они наивны допьяна, они ликуют и поют...
Свободы ждали - вот она! И, может быть, не заметут...

       Русская рулетка - страшная игра.
       Кто играет редко, а кто-то до утра...
       Русская рулетка - нажимай курок -
       Смирная жилетка, белая таблетка, тихий уголок...

Ну, и пускай мои слова на кончике карандаша
Уже висят. Мне наплевать на стукачей и ППШ.
Нахальство, стыд или азарт то тянут, то толкают Русь.
Я одного теперь боюсь - что воротится все назад.

       Русская рулетка - нажимай курок.
       Шнур да табуретка, свежий бугорок...
       Русская рулетка - старая игра.
       Кто стреляет редко, кто стреляет метко, а кто-то - до утра...

Сентябрь 1986



Ну что, мон шер, штабс-капитан,
Припомним старую игру -



Вот два патрона и наган,



И заряжай, мой давний друг



Верти скорее барабан



Ищи скорее свой ответ.
Твой проигрыш смертельно мал,
А выше жизни ставки нет.

       Русская рулетка - старая игра...
       Кто играет редко, а кто-то до утра.
       Русская рулетка - нажимай, не трусь!
       Легкая гашетка, пропитая Русь.



Обычай варварский силен, и знает лондонский пацан
Про ту игру, кабы знал он, что я в нее играю сам.



Здесь выбирает сам игрок - то ли патрон и барабан,
То ли гитару и перо, и микрофон, когда он бард.



       Русская рулетка - дикая игра.
       Кто рискует редко, а кто-то до утра...



       Русская рулетка - нажимай курок,
       Может только метка, в паспорте отметка, или только срок.



И промахнуться мудрено, среди вспотевшей суеты
Как запотевшее вино, поэты русские чисты.
Они наивны допьяна, они ликуют и поют...
Свободы ждали - вот она! И, может быть, не заметут...



       Русская рулетка - страшная игра.
       Кто играет редко, а кто-то до утра...
       Русская рулетка - нажимай курок -
       Смирная жилетка, белая таблетка, тихий уголок...



Ну, и пускай мои слова на кончике карандаша
Уже висят. Мне наплевать на стукачей и ППШ.
Нахальство, стыд или азарт то тянут, то толкают Русь.
Я одного теперь боюсь - что воротится все назад.



       Русская рулетка - нажимай курок.
       Шнур да табуретка, свежий бугорок...



       Русская рулетка - старая игра.
       Кто стреляет редко, кто стреляет метко, а кто-то - до утра...

 Комментариев : 2, Просмотров : 2386
Профиль Комментарии 

Крысолов
369

Романс Крысолова к спектаклю "Шествие"

Александр Мирзаян

       стихи И. Бродского

Шум шагов, шум шагов, бой часов.
Снег летит на карниз, на карниз,
Если слышишь приглушенный зов,
То спускайся по лестнице вниз.



Город спит, город спит, спят дворцы.
Снег летит вдоль ночных фонарей,
Город спит, город спит, спят отцы,
Обхватив животы матерей.



В этот час, в этот час, в этот миг
Над карнизами кружится снег,
В этот час мы уходим от них,
В этот час мы уходим навек.

Нас ведет крысолов, крысолов
Вдоль карнизов и цинковых крыш,
И летит, и звенит из углов
Светлый хор возвратившихся крыс.

За спиной полусвет, полумрак,
Только пятнышки, пятнышки глаз,
Кто бы ни был - мудрец иль дурак?
Все равно, здесь не вспомнят о нас.

Так за флейтой настойчивей мчись,
Снег следы занесет, заметет,
От безумья забвеньем лечись,
От забвенья безумье спасет.



Так спасибо тебе, крысолов,
На чужбине отцы голосят,
Ах, спасибо за славный улов,
Никаких возвращений назад.



Как он выглядит, брит или лыс?
Наплевать на прическу и вид,
Но счастливое пение крыс,
Как всегда над землею звенит.

Вот и жизнь пронеслась, пронеслась.
Вот и город заснежен и мглист.
Только помнишь безумную власть
И безумный уверенный свист.



Так запомни лишь несколько слов.
Каждый день от зари до зари
Нас ведет крысолов, крысолов,
Нас ведет крысолов...
Повтори!

(Звук )





Крысолов

Нателла Болтянская

Город спит. Как будто бы в темноте
Руки-улицы распластал
Крысолов, давай, уводи детей,
Пока день беды не настал.
Пока боли нет. Пока дремлет зло,
Пока новый день впереди.
Пока спит отчаянье, Крысолов,
Уводи детей, уводи!



Уводи детей хоть на край земли,
И вослед им взглянуть - не сметь!
Уводи, пока их не увели
В школьной форме, в строю – на смерть.
Уводи, хоть выплаканы глаза,
В самый лучший внешкольный класс,
Но не в те края , где спортивный зал
Превращается в аппельплац.



Уводи детей от знакомых стен,
Развороченных пополам…
Уводи – из месива душ и тел,
От беспомощных пап и мам.
Уводи и тех, кто остался жив,
Уводи скорей, не щади!
Им не надо слушать, как заблажит
Чин в погонах на площади.



Им не   надо ненависти чужой
На себе познавать закон..
Им нельзя стыдиться, мол, ты – живой,
Почему же ты, а не он?
Уводи детей в незнакомый мир,
Где не властны ни кровь, ни ложь…
Крысолов, ну что же ты, черт возьми,
Свою дудку не   достаешь?



(Звук)
 Комментариев : 0, Просмотров : 1965
Профиль Комментарии